Если вы посещали Бразилию за последние несколько лет, то наверняка заметили «другую красную кепку», определенно не бейсбольную кепку движения MAGA (Make America Great Again). Сегодня этот модный аксессуар пляжей Рио-де-Жанейро символизирует вовсе не ультраправых, а Движение безземельных крестьян (Movimento dos Trabalhadores Rurais Sem Terra или ДБК).
На сегодняшний день ДБК, с его почти двумя миллионами участников, представляет собой вероятно крупнейшим социальным движением в мире, закаленным сорокалетней борьбой за проведение аграрной реформы. А тот факт, что движение не просто выжило, но и процветало в таких неблагоприятных условиях, как ультраправое правительство Жаира Болсонару, впечатляет еще больше. Цель ДБК — реализовать невыполненные обещания, данные в период бразильского демократического транзита, и разрушить колониальные отношения, которые по-прежнему господствуют в сельской местности страны.
Однако именно в последнее десятилетие эта историческая миссия получила новое развитие. Рост публичной видимости ДБК по сути стал частью процесса серьезного «переосмысления»: на фоне того, как правительство Болсонару объявило открытую войну земельным захватам движения, ДБК было вынуждено перейти к оборонительной тактике. В ответ движение сделало шаг навстречу прогрессивному городскому среднему классу.
Под сомнительным знаменем органического продовольствия ДБК успешно изменило облик аграрной реформы и своих спорных земельных захватов на более привлекательный — они являются частью его миссии по обеспечению бразильского народа питательными, экологически устойчивыми и доступными продуктами. В результате общественное мнение изменилось, и население стало воспринимать движение не как «всего-навсего» крестьянское движение, а как проект общенациональной трансформации. Несмотря на союзнические отношения с левым правительством президента Луиса Инасиу Лулы да Силвы, у движения по-прежнему сохраняются непростые отношения с бразильским государством.
Николас Аллен побеседовал с национальным лидером ДБК Жуаном Паулу Родригесем для журнала Jacobin о стратегическом видении движения на будущее и о том, как ДБК намерено бороться за выдвижение политики рабочего класса на национальную повестку.
НИКОЛАС АЛЛЕН: Движение безземельных рабочих недавно попало на обложку журнала The Nation. Автор материала Винсент Бевинс объясняет, как на протяжении сорока лет своего существования движение адаптировалось к меняющимся условиям и как ему даже удалось окрепнуть в период ультраправого правительства Жаира Болсонару. Как вы объясняете рост ДБК за последнее десятилетие?
ЖУАН ПАУЛУ РОДРИГЕС: ДБК является важной политической силой с момента восстановления демократии в Бразилии в конце 1980-х годов — это почти сорок пять лет, в течение которых движение участвовало, с разной степенью интенсивности, в каждом противостоянии.
Действительно, ДБК стало важным политическим игроком. Однако не менее важно признать, что последние десять лет были крайне тяжелыми для левых сил Бразилии. До переворота против Дилмы [Руссефф] в 2013 году страну охватили массовые протесты, в ходе которых новое поколение бразильцев оказалось под влиянием консервативных правых сил. Эти силы стремились вытеснить с улиц любое движение левого крыла: ДБК, CUT (Единый центр трудящихся Бразилии), PT (партия трудящихся) — все они уступили позиции правым.
ДБК удалось пережить этот переломный момент, однако после 2013 года ситуация лишь ухудшилась. Затем последовали импичмент Дилмы, заключение Лулы, приход правительства [Мишела] Темера, избрание Болсонару, а затем и пандемия. За последнее десятилетие левые силы Бразилии, включая ДБК, потерпели ряд неудач
Тем не менее ДБК сумело сохранить свою политическую значимость в этот период, выбрав новое стратегическое направление. Вместо того чтобы сосредотачиваться исключительно на традиционных проблемах — захвате пустующих и малопродуктивных земель, противостоянии крупным землевладельцам и тому подобному — движение вынесло на политическую повестку новый вопрос. Этим вопросом стало продовольствие.
Продовольственная повестка — производство дешевых, здоровых и органических продуктов — преобразовала суть аграрной реформы во что-то более осязаемое для среднестатистического бразильца. Будь то представители среднего класса, заинтересованные в органической пище, или более бедные слои населения, ищущие доступные цены, тема питания сделала идею аграрной реформы более понятной. Этот поворот к продовольственному производству изменил и отношение так называемых девелопменталистских кругов, которые больше не могли смотреть на ДБК свысока как на всего-навсего «протестное движение». Теперь они вынуждены признать, что движение предлагает экономические, политические и социальные альтернативы.
Это, разумеется, не означает, что, подняв продовольственное знамя, ДБК отказалось от борьбы с крупными землевладельцами, империализмом и капитализмом. Скорее речь идет о том, что ДБК также предлагает альтернативное видение развития общества.
НИКОЛАС АЛЛЕН: Как устроена продовольственная система ДБК — с точки зрения производства и распределения продукции?
ЖУАН ПАУЛУ РОДРИГЕС: Сегодня в поселениях и лагерях ДБК действует около 1 900 производственных ассоциаций, 185 кооперативов и 120 агропредприятий. Они занимаются производством, переработкой и сбытом продукции в рамках Народной аграрной реформы. Существует как минимум пятнадцать основных производственных цепочек, в рамках которых по каналам распределения ДБК проходит более 1 700 разных типов продукции. Львиную долю составляют базовые продукты питания, такие как рис, бобовые, кукуруза, пшеница, кофе, молоко, мед, маниок, а также различные фрукты и овощи. Только объемы производства риса превышают 42 000 тонн, из которых 16 000 тонн приходятся на органический рис. Уже более десяти лет ДБК признается крупнейшим производителем органического риса в Латинской Америке. Кроме того, движение производит около 30 000 тонн кофе за один сезон. Мы также являемся одним из крупнейших производителей какао в Бразилии с объемом производства свыше 1,2 миллиона тонн.
Проще говоря, наша цель — стать одним из крупнейших в мире производителей органических и экологически устойчивых продуктов питания. От севера и до юга Бразилии наши производственные цепочки выстроены на принципах сохранения почв, рационального управления ресурсами, ответственных промышленных методов и использования собственных торговых каналов для того, чтобы поставлять продукты питания на столы бразильских семей. Что касается распределения, мы опираемся на Armazéns do Campo — сельские продуктовые магазины, связанные с ДБК и специализирующиеся на продаже продукции аграрной реформы. В настоящее время насчитывается 24 подобных магазина — они работают как в столицах штатов, так и во внутренних городах страны. Кроме того, мы регулярно проводим региональные ярмарки, где значительная часть продукции из лагерей и поселений реализуется на местном уровне.
Тем не менее основным каналом сбыта продукции для наших крестьянских семей остается участие в государственных программах закупок, направленных на обеспечение продовольственных стандартов, таких как PAA [Программа закупки продовольствия] и PNAE [Национальная программа школьного питания]. В Бразилии действует закон, согласно которому в рамках любой программы PNAE необходимо закупать не менее 30% продовольственных ресурсов у малых семейных хозяйств. И хотя это законодательство не всегда соблюдается на практике, подобные законы гарантируют сбыт продукции ДБК через прямые продажи, поддерживаемые институтом государства. Можно предпочесть менее бюрократичную модель, способную работать в более крупных масштабах, однако программа PNAE играет исключительно важную роль в поддержке крестьянского производства и в обеспечении школ и других государственных учреждений здоровым и разнообразным питанием.
НИКОЛАС АЛЛЕН: Когда вы ранее говорили о слабости левых в Бразилии, что вы имели в виду — электоральную политику, организованное рабочее движение, социальные движения — или все вышеперечисленное?
ЖУАН ПАУЛУ РОДРИГЕС: Современная Бразилия всегда была политически расколотой страной. Традиционно 30% населения голосуют за левых, и примерно такая же доля — около 30% — поддерживает правых. Политический центр, в свою очередь, как правило, склонялся к голосованию за правых. В этом смысле главным историческим новшеством Лулы стало то, что, начиная с его победы на президентских выборах в 2002 году, ему удалось привлечь на свою сторону политический центр и укрепить позиции партии PT, превратив ее в крупный левоцентристский лагерь. Однако в ходе этого процесса само правительство Лулы стало скорее центристским, чем левым.
Это привело к ослаблению позиций правоцентристских партий, которые в последние годы были поглощены правительствами Лулы и Дилмы. Эти партии утратили свою значимость в Бразилии, поскольку правительство Лулы — правительство левого крыла — разрушило прежний устойчивый союз между правоцентристскими политиками и капиталистическими секторами. Для правоцентристской партии в Бразилии попросту не осталось политического пространства — она уже была встроена в основу правительства.
Однако приход к власти ультраправого правительства Жаира Болсонару радикально изменил эту ситуацию. Управленческая стратегия Лулы основана на формировании альянсов — стратегии, которая оказалась не способной противостоять болсонаристской угрозе. Тем временем ультраправые сформировали собственный альянс с политическим центром. Поначалу этот союз носил тактический характер , однако со временем ультраправый блок поглотил значительную часть правоцентристских сил. В результате поддержка правоцентристских сил в Бразилии сегодня расколота между правительством Лулы и ультраправыми.
Иными словами, доминирование в Бразилии в настоящее время оспаривается между администрацией Лулы и ультраправым лагерем Болсонару. Именно эти два полюса формируют современное бразильское политическое поле. По моему мнению, по мере развития этих противоречий к концу текущего года мы либо увидим формирование лагеря по взглядам, находящегося левее правительства Лулы, либо — лагеря, смещенного ближе к центру, хотя представить себе самостоятельное центристское правительство крайне сложно. В конечном счете бразильский политический центр станет либо придатком ультраправых, либо левых сил.
Что касается ДБК, мы должны готовиться к любому развитию событий в ближайшие пять лет — к будущему, определяемому не только судебным отстранением Болсонару с политической сцены, но и неизбежным уходом Лулы. Этот период будет сопровождаться реорганизацией бразильского политического пространства, в котором доминирующую роль будут играть новые партийные лидеры, усиленное влияние технологий и — что вызывает у нас особую тревогу — ослабление влияния рабочего класса. Иначе говоря, мы можем столкнуться с «ослабленными» левыми силами, более оторванными от мира производства, но гораздо теснее связанными с проблемами идентичности.
НИКОЛАС АЛЛЕН: Повлияло ли это ослабление силы рабочего класса на смену стратегии ДБК?
ЖУАН ПАУЛУ РОДРИГЕС: Важно понимать: Бразилия — страна с самым высоким уровнем земельного неравенства в мире. Борьба за аграрную реформу является исторической необходимостью и во многом определит будущее бразильской демократии — невозможно смириться с тем, что 46% земли в стране сосредоточены в руках 1% землевладельцев. Борьба за землю была и по сей день остается основой существования ДБК. Однако как только эта борьба дает результат, и земля оказывается в распоряжении семей, им требуется поддержка в организации производства продукции; им необходимы общественные структуры, такие как школы, медицинские учреждения, электричество, канализация и дороги. Иными словами, мобилизация сил должна продолжаться и после того, как семья получит земельный участок.
На протяжении почти сорока двух лет своего существования движение приняло этот более широкий политический вызов, объединившись с городскими рабочими, исходя из понимания того, что если мы действительно хотим добиться проведения аграрной реформы, борьбы одних лишь сельских рабочих недостаточно — это должна быть наша общая борьба. Более того, многие проблемы, с которыми сталкивается городской рабочий класс, напрямую связаны с отсутствием аграрной реформы в сельской местности. Урбанизация, голод, отсутствие здоровых продуктов питания по адекватным ценам — все это городские проблемы, которые расширили горизонты нашей борьбы.
Действительно, в момент основания ДБК мы считали, что классическая аграрная реформа способна решить проблемы сельской местности. Сегодня наше понимание аграрной реформы иное. Мы выступаем за Народную аграрную реформу, которая предполагает демократизацию доступа к земле, широкое применение устойчивых сельскохозяйственных практик, образование, обеспечивающее путь к свободе, и человеческие отношения, свободные от эксплуатации. Невозможно производить «здоровую» пищу на земле, где процветает эксплуатация людей. Мы боремся за аграрную реформу как за народный национальный проект — проект, основанный на разнообразии, социальной справедливости и преодолении культурного и экономического колониализма, который до сих пор сохраняется в Бразилии.
НИКОЛАС АЛЛЕН: Вы говорили о будущем левых сил Бразилии в постлуловскую эпоху. Где вы видите ДБК в этом сценарии?
ЖУАН ПАУЛУ РОДРИГЕС: В ближайшем будущем ДБК намерено объединить усилия с левым крылом лагеря Лулы. В дальнейшем, по мере того как Бразилия будет входить в постлуловский период, движение присоединится к левым в более широком масштабе. При этом ДБК не является партией и не стремится ею стать.
Тем не менее в течение следующих пяти лет мы намерены бороться сразу на трех политических фронтах. Первый из них — это фронт борьбы за землю. ДБК должно консолидироваться, укрепиться и утвердиться как организация, ведущая борьбу за землю. Для нас земельный вопрос является центральным. В Бразилии насчитывается около 100 млн гектаров земли, доступной для захвата, и мы должны оспаривать эту повестку бок о бок с коренными народами и киломбола [потомки афро-бразильцев, бежавших от рабства].
Сразу оговорюсь: тот, кто контролирует землю, контролирует будущее Бразилии. В Бразилии земля является синонимом производства продуктов питания, охраны окружающей среды и заботы о природе. Поэтому, на мой взгляд, ДБК необходимо набраться сил и сместить свой фокус на те конфликтные регионы, где земельный вопрос о так называемой сельскохозяйственной границе до сих пор остается нерешенным — речь идет об Амазонии, Матопибе или даже Серрадо, где наше присутствие пока ограничено.
Второй фронт борьбы заключается в том, чтобы стать значимой экономической силой в сфере производства полноценных продуктов питания. В обозримом будущем ДБК предстоит прямое противостояние с крупным промышленным агробизнесом в борьбе за продовольственную гегемонию. Возможно, в нашем распоряжении и находится всего лишь 10 миллионов гектар по сравнению с 60 миллионами, контролируемыми крупными агропредприятиями. Но у нас есть то, чего нет у них, — рабочая сила. В поселениях ДБК живут и трудятся более двух миллионов сельских работников.
Именно поэтому мы рассчитываем, что наша политика кооперативов, агроэкологии и производства продуктов питания в ближайшие годы станет мощной экономической силой. Тогда общество сможет увидеть в левых альтернативную модель экономического и социального развития. Наша борьба — это не просто идеологическое противостояние голоду; это альтернативный образ жизни и модель, способная по-новому выстроить организацию городов и даже национальную политику занятости.
Для достижения этой миссии ДБК будет добиваться создания новых союзов между государственным и частным сектором, сочетающих государственную поддержку с участием малых предпринимателей, готовых сотрудничать с движением для формирования среднего сельскохозяйственного бизнеса. Нам необходимо выстроить прочную экономическую базу и показать всему бразильскому обществу, что ДБК — это не только идеологическое видение, но и общенациональный проект.
И наконец, ДБК совместно с другими левыми партиями будет бороться за представительство во всех политических институтах. Нам нужно больше левых советников, мэров, парламентариев, студенческих лидеров, больше представителей во всех институциональных пространствах, чтобы государство становилось более демократичным и чутким к потребностям рабочего класса. Мы не можем отказаться ни от одного уровня управления, поскольку на политической периферии уже выжидает крайне правая сила, куда более агрессивная, чем многие из нас способны себе представить.
НИКОЛАС АЛЛЕН: Не могли бы вы подробнее рассказать о взаимоотношениях ДБК с государством? Главная цель движения — аграрная реформа — продвигается через автономные захваты земли. Но ведь в конечном счете проведение аграрной реформы зависит от благоприятной государственной политики, не так ли?
ЖУАН ПАУЛУ РОДРИГЕС: Отношения между аграрной реформой и государством всегда были и остаются крайне напряженными. С исторической точки зрения бразильское государство изначально формировалось как инструмент сознательного предотвращения аграрной реформы. Более того, любые реальные сдвиги в вопросе земельной концентрации происходили исключительно в результате насильственных конфликтов и массовых расправ — как, например, происходило в период администрации Фернанду Энрики Кардозу. Во времена администрации Дилмы поселений было создано очень немного, а достигнутые политические договоренности оставались крайне нестабильными. Очень мало реальных результатов было достигнуто и при администрации Лулы.
И тем не менее именно государство — единственный субъект, способный реализовать аграрную реформу. В этом и заключается противоречие, в котором мы живем: у нас нет иного выхода, кроме как вести диалог с государством.
НИКОЛАС АЛЛЕН: А как насчет ДБК и городских движений? Как движение видит свою роль в городской политической борьбе
ЖУАН ПАУЛУ РОДРИГЕС: Прежде всего, необходимо сказать несколько слов о бразильских городах. Городские районы представляют собой три конкретных проблемы для левых в целом. Во-первых, город больше не является ареной политического господства рабочего класса, как это было в 1980-е годы. Тогда бразильское профсоюзное движение обладало огромным влиянием в крупных городах и было хорошо организованно на рынке труда. Сегодня мы наблюдаем распад этой структуры в результате непрерывных процессов, дестабилизирующих трудовые отношения, часто через телефонные приложения и другие организационные формы непостоянной занятости.
Во-вторых, беднейшие слои населения Бразилии в подавляющем большинстве сосредоточены на городской периферии — в районах, находящихся под контролем вооруженных формирований и организованных наркокартелей, которые располагают значительными финансовыми ресурсами и властью и применяют насилие таким образом, к которому левые силы в своем нынешнем состоянии не готовы. Это серьезно затрудняет выстраивание более структурных отношений с городским рабочим классом.
И наконец, евангельские церкви сегодня выполняют ту социальную работу на городской периферии, которую прежде осуществляло левое крыло Бразильской католической церкви. Таким образом, эти три проблемы — вооруженные формирования, нестабильность на рынке труда и влияние евангелических церквей — в совокупности делают задачу донесения программы левого крыла до периферийных районов крайне сложной.
Задача ДБК заключается в том, чтобы разобраться, каким образом мы можем претворить наш опыт с лагерями и поселениями в городской программе. Как перенести накопленный нами опыт в город, используя кооперативы и производство продовольственных товаров?
При этом мы должны решить эту задачу, не скатываясь к патерналистским отношениям, основанным на системе социального обеспечения. Нам необходимо достучаться до поколения молодых людей и трудящихся, которые действительно разделяют наше убеждение в том, что вопросы труда и питания должны находиться в центре нашей политической повестки. Но, опять же, это возможно лишь в том случае, если левые предложат серьезное видение городской реформы. Пока левые не разберутся с классическими проблемами — бедностью, неравенством, жилищными условиями, общественной безопасностью, здравоохранением и тому подобное, — наши возможности будут оставаться ограниченными.
НИКОЛАС АЛЛЕН: Повлияли ли изменения, происходящие на рынке труда, на стратегическое видение ДБК?
ЖУАН ПАУЛУ РОДРИГЕС: Рабочий класс постоянно адаптируется к изменениям в сфере занятости. Так происходит со времен фордистской эпохи, когда рабочие приспосабливались к условиям фабричного производства. Проблема современности заключается в том, что нестабильность на рынке труда лишь усиливается. Бразильский рабочий класс находится в крайне неустойчивом и обнищавшем положении.
Более половины рабочего класса Бразилии трудоустроено без официальных контрактов, и большинство из них живут на доход ниже трех минимальных заработных плат в месяц [менее 900 долларов]. Бразильский рабочий класс крайне беден и испытывает серьезные трудности с самоорганизацией из-за нестабильности неформального и сезонного характера занятости. Иными словами, принимая во внимание современные условия рабочего класса, я не вижу никаких признаков появления новых форм организации труда ни в среднесрочной, ни даже в долгосрочной перспективе. Если бы обнищание приводило к возникновению новых форм организации труда, Африка как континент уже давно пережила бы революцию. Вместо этого мы наблюдаем противоположный процесс: бедность порождает еще большую бедность.
Нам так и не удалось продвинуть в Бразилии реформу труда, которая обеспечивала хотя бы минимальные условия жизни. Все, что мы видим сегодня, — это новые формы эксплуатации и дезорганизации на рынке труда. Мы оказались заложниками новых технологий и новых капиталистических форм эксплуатации, которые вынуждают нас постоянно бороться только для того, чтобы не отставать от происходящих изменений.
Перед лицом этих испытаний ДБК будет и дальше заниматься организацией сельских работников. Если говорить о краткосрочной перспективе, нам необходимо привлечь новое поколение молодых людей, которые не обязательно являются крестьянами или фермерами, но хотят работать в трудовых кооперативах и заниматься производством органической продовольственной продукции. Наша задача — изобрести новую модель аграрной реформы, в рамках которой люди могли бы посвящать часть своего времени работе в сельской местности, сохраняя при этом другой вид занятости в городе.
К слову, в Бразилии сегодня наблюдается практически полная занятость. Однако уровень бедности при этом не снизился, а качество жизни людей не улучшилось. Напротив, оно стало хуже. Почему? Потому что занятость носит крайне нестабильный характер, а существующий уровень заработной платы населения не позволяет покрывать чрезвычайно высокую стоимость жизни. Многие бразильские работники не могут позволить себе даже базовые продукты питания.
НИКОЛАС АЛЛЕН: Что может предложить ДБК в ответ на эти вызовы?
ЖУАН ПАУЛУ РОДРИГЕС: Мы часто слышим, как бразильские олигархи утверждают, будто на рынке труда не хватает работников из-за программы Bolsa Família (с порт. «семейное пособие») и других федеральных мер социальной поддержки. Бразильская элита ненавидит Лулу, так как считает, что государственная поддержка делает людей пассивными и незаинтересованными в труде. В действительности же рабочий класс, и особенно молодые работники, не хотят мириться с эксплуатацией за нищенскую зарплату. Представители сферы услуг жалуются на нехватку рабочей силы, но при этом не желают признать главного: людям нужна работа и достойная оплата труда. Сегодня работники требуют отмены шестидневной рабочей недели, соблюдения трудовых прав и доходов, соответствующих стоимости жизни.
Сельские рабочие больше не хотят быть объектом эксплуатации со стороны крупных землевладельцев и работать в условиях труда, подобных рабству. Пока в стране остается множество безземельных рабочих рук, а большая часть земли сосредоточена в руках у меньшинства, земельные захваты ДБК будут продолжаться. Аграрная реформа — это проект освобождения эксплуатируемого рабочего класса, для которого захват земли — единственный путь к достойной жизни: с участком, на котором можно жить, работать и собирать урожай.
Левые являются жизнеспособной политической силой постольку, поскольку сохраняют прочную связь с рынком труда. А это уже политический проект, который не только требует мобилизации беднейших слоев населения, но и должен затрагивать проблемы среднего класса. Мы обязаны принять этот вызов и начать борьбу под знаменем труда — иначе мы, как марксисты, не справляемся со своей миссией.
Еще одним вызовом станет работа с экологической повесткой. Левые не могут ограничиваться игрой в защитников окружающей среды, заявляя, что «природа — это святыня», и делать вид, будто природный мир не должен служить улучшению условий человеческой жизни. Но в то же время они не должны прибегать к пустой девелопменталистской риторике, оправдывающей разрушение всего и вся любой ценой во имя прогресса. К счастью, левые силы добились определенных результатов на этом направлении.
Тем не менее легким этот путь не будет. В краткосрочной перспективе и бразильским народным движениям, и левым организациям придется сопротивляться только для того, чтобы защитить правительство Лулы. В среднесрочной перспективе — в течение ближайших пяти лет — им необходимо начать закладывать основы грядущего перехода, а это означает выдвижение национального проекта, способного одержать победу над правыми.
Жуан Паулу Родригес — национальный лидер Движения безземельных крестьян (ДБК).
Николас Аллен — ведущий редактор журнала Jacobin и аспирант по истории Латинской Америки в Университете Стоуни-Брук (SUNY).
